September 30th, 2014

журнал

нас читают

Оригинал взят у leonid_levinzon в журнал "Новый мир" 5 - 2014
Андрей Краснящих, Харьков, рассказ «Письма»

Да, письма. Моделирование.

«…Сын мой, Тебе почти тридцать семь, в Твоем возрасте расстались с жизнью русский Пушкин, англичанин Байрон и француз Рембо, на которых их отцы, должно быть, возлагали не меньшие надежды как на гениев своей литературы, чем делал это я. Разочарованный в том, что получилось, и ни на йоту не верящий в беспомощные гойские выдумки наподобие второго шанса, я прошу Тебя только об одном: заверши свой земной путь достойно, так, чтоб ни мне, ни Тебе не было еще более, чем сейчас, стыдно за наши потраченные понапрасну жизни, и постарайся от всей подаренной мной Тебе души простить своего старого и больше уже ни на что не годного отца — Германа Кафку Первого, несчастнейшего из всех известных ему людей…»

Андрей Иванов, Таллин, рассказ «Телеграммы из Альтоны»

Тоже как бы эпистолярный жанр. Письмо интересно своей прихотливостью.

«…вчера я решил поехать в Альтону на разведку (послоняюсь возле театра, посмотрю там, как и что); но не справился — пустился пешком, быстро сбился (в картах, оказывается, не все улицы), прохожие отказывались подсказывать дорогу, как сговорившись они отправляли меня на центральную станцию (в названии которой слышалось смутное присутствие драматурга); я настойчиво хотел идти пешком, один назвал меня сумасшедшим, некоторые смотрели так, будто думали, что мне жаль денег (или их нет у меня); дело не в деньгах — там стоят марсиане, я уже был в центре, от них воняет советской газировкой и судоремонтной блевотиной, все это подпирает панельный конструктивизм и — шпана, вездесущая шпана в синих школьных брючках с торчащим из кармана язычком пионерского галстука…»

П. Филимонов, Таллин, рассказ «Анна Жгалина»

НМ делает тематические подборки, так что в этом интеллигентном и рассужденческом рассказе тоже есть письма.

«…В ответном письме, гораздо более умело свернутом и просунутом в ту же дырку, куда я в свое время запихал первоначальное послание, говорилось:
«Сегодня видела интересный сон. Я вообще часто вижу интересные сны и обычно запоминаю их. Мне почему-то кажется это важным. Во сне Аня стояла на какой-то широкой улице, которая двигалась под Аниными ногами. Вроде эскалатора, той движущейся ленты в аэропортах, которая привозит тебя на место сама, даже если ты не перебираешь ногами. Таким манером Аня ехала по улице, из радуги в радугу, из радуги в радугу. Проезжая под высоченными радугами, одновременно навевающими ассоциации с арками „Макдональдса”. Улица была пустынна, никого, кроме Ани, на всем белом свете. Пели какие-то птицы, бегали красивые животные с огненными гривами, но бегали мимо, не пересекая и не всходя на движущуюся Анину ленту, лента была как будто отгорожена каким-то невидимым защитным колпаком. И я вдруг поняла: оно и на самом деле так. Мы все едем по своей, каждый только по своей ленте. И никто другой не может пересечь нашу ленту, которая окружена огромным невидимым защитным колпаком. И когда я это поняла, мне стало одновременно и страшно, и хорошо…»