February 22nd, 2018

журнал

журналы

"НОВЫЙ МИР", 2018 , № 1 - открыты следующие материалы номера:

Максим Калинин - ЖИЗНЬ-ОТРОКОВИЦА. Стихи
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2018_1/Content/Publication6_6807/Default.aspx

Евгений Никитин - САМИ БУДЕМ КОТЫШИ. Стихи
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2018_1/Content/Publication6_6811/Default.aspx

Александр Молчанов - КОММУНИСТ. Героическая симфония
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2018_1/Content/Publication6_6804/Default.aspx

Бахыт Кенжеев - РОДНЕЙ, СТРАШНЕЕ И СВОБОДНЕЙ. Стихи
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2018_1/Content/Publication6_6803/Default.aspx

Илья Данишевский - ОССУАРИЙ ИМЕНИ ПАУЛЯ ЦЕЛАНА. Новелла
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2018_1/Content/Publication6_6810/Default.aspx

Елена Георгиевская - ПОДЛЕДНЫЙ ЛОВ. Малая проза
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2018_1/Content/Publication6_6808/Default.aspx

Марианна Ионова - МЫ ОТРЫВАЕМСЯ ОТ ЗЕМЛИ. Повесть
[длинный список премии "Национальный бестселлер"]
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2018_1/Content/Publication6_6806/Default.aspx

и другие



http://novymirjournal.ru/
avvas

"Новый мир" 2017

"Но, дополняя и разделяя этот и без того многоликий универсум узников, нацисты добавили еще одно собственное изобретение — лагерные категории заключенных, внешне отличавшиеся друг от друга цветом специальной нашивки — «винкеля» — треугольника, обозначавшего причину ареста.
«Винкель» был обязательным элементом униформы узника помимо номера. До 1937 — 1938 гг. единой системы маркировок заключенных не существовало. Например, в Дахау узники обозначались разноцветными точками и полосками на одежде: «политические» узники получали красную полоску, евреи — красную полоску с желтой точкой наверху, гомосексуалисты — красную полоску с черной точкой, узники, выполнявшие трудовую повинность, должны были носить синюю полоску и поперечную полосу на спине, наконец, «криминальные» узники обозначались зеленой полосой. В Эстервегене «профессиональные преступники» носили синие штаны и куртки с нанесенными на спину желтой краской обозначениями B.V.1 Все это дополнялось зеленой повязкой на руке. «Политические» узники носили униформу земельного цвета с красными повязками на руке и нашивкой аналогичного цвета на ноге.
В Заксенхаузене с 1936 г. все узники обязаны были пришивать цветные кусочки ткани к своей форме: «криминальные» — зеленые, «асоциальные» — черные, Свидетели Иеговы сначала синие, а потом лиловые. Так постепенно в лагерный жаргон вошли слова, обозначавшие категорию заключенных — «зеленые», «красные» и т. д.
Впервые универсальные для всех лагерей, подчинявшихся Инспекции концентрационных лагерей, маркировки появились в 1938 г., и с тех пор они стали неотъемлемой частью эсэсовского построения социального мира концлагерей и особым лагерным символом. С этого момента палитра лагерных маркировок выглядела следующим образом: «красный» треугольник для «политических» узников, «синий» для эмигрантов, «лиловый» для Свидетелей Иеговы, «зеленый» для «профессиональных преступников», «черный» для «асоциальных», «розовый» для гомосексуалистов, «коричневый» для цыган. Евреи должны были носить некое подобие «звезды Давида» — получавшуюся из сочетания двух треугольников: желтого, который должен был располагаться вершиной вверх, и любого другого цвета, подчеркивавшего дополнительную причину ареста. Среди прочих пометок в маркировке узников были, например, полоски над винкелем. Они были того же цвета, что и сам винкель, и имелись у заключенных, оказавшихся в лагере вторично. Черная точка под винкелем обозначала «склонных к побегу» членов штрафных бригад. Заключенные, арестованные в ходе операции «Ночь и туман» по борьбе с участниками Сопротивления, получали маркировку «NN»2. Буква «К» означала, что человек совершил преступления во время войны. С началом Второй мировой войны имевшаяся система обозначений узников была дополнена первыми буквами названий стран, написанными по-немецки, из которых прибыли заключенные: F — французы, SU — советские узники, N — голландцы, P — поляки"

Станислав Аристов. МИР НАИЗНАНКУ. Главы из книги
[ «Мир наизнанку: повседневная жизнь нацистских концентрационных лагерей»]
начало: http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2017_04/Content/Publication6_6602/Default.aspx
окончание: http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2017_05/Content/Publication6_6627/Default.aspx
avvas

"Новый мир" 2017

"— Вам поручили взорвать исторический памятник! — воскликнул я.
— А что вас удивляет? — возразил Вольфганг. — Любой военный начальник поступил бы так же. При помощи такого ориентира можно было держать под обстрелом дорогу и деревню. Я же интересовался не колоннами, а храмами и с энтузиазмом отправился на задание, чтобы пополнить мою коллекцию экзотических видов.
Погода была морозная, но солнечная. Снег сверкал так ярко, что я, помнится, прикрепил на очки темные фильтры в виде этаких крышечек. Было градусов двадцать по Цельсию, но я отлично утеплился и нисколько не мерз. Как это говорят у вас в Сибири: мерзнет не тот, кому холодно, а тот, кто плохо одет? На мне были белые валенки с калошами, рукавицы, овчинный полушубок и шапка-ушанка. Словом, я выглядел не как офицер вермахта, а скорее как mouzhik из колхоза. Мороз мне даже нравился, а миллионы алмазных пылинок так сверкали и переливались в воздухе, что дух захватывало от красоты"
Олег Хафизов. КОЛОННА БРЮЛЛОВА. Рассказ
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2017_06/Content/Publication6_6645/Default.aspx

"Слогу конгениален сюжет в своем разветвлении; сюжет, с одной стороны, построенный на осознанных литературных клише, с другой — характерный для творчества Буданцева в целом. В «Писательнице» «неформатная» сексуальность — отношения Павлушина-младшего с состарившейся и опустившейся нэпманшей Пашетой — резонирует с гомоэротикой в «Саранче». Поэтому и относительно «Писательницы» следует говорить не столько о семейной теме, сколько о комплексной теме необщественных, интимных человеческих отношений. Эта тематика лишь сосредотачивается в семье. Раннесоветский индустриальный роман мелодраматизировался, становился семейной хроникой в период сталинизма, как пишет Евгений Добренко касательно послевоенных «Журбиных» Всеволода Кочетова и других произведений той же эпохи. Такое движение, уже заметное, скажем, в околоиндустриальной «Дороге на океан» Леонова и даже в «Энергии» Гладкова, частично совпало с буданцевской темой как в аспекте семейной проблематики, так и в аспекте мелодраматизма. О последнем нельзя не упомянуть, ведь одна из линий «Писательницы» — разгульная и далеко не семейная жизнь Маруси Перк, своего рода антигероини, и романсное убийство Маруси влюбленным в нее калькулятором Ященко, работающим в павлушинском цехе. Конечно, Гладков или Кочетов такую историю не соединили бы с индустриально-семейной хроникой"
Александр Мурашов. ОТКРЫТИЕ СЕРГЕЯ БУДАНЦЕВА
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2017_07/Content/Publication6_6677/Default.aspx

"В «Графе Монте-Кристо» тема женского гомоэротизма связана с важной и слабо представленной в русской литературе того времени темой: женской эмансипацией. Правда, ко времени публикации «Графа Монте-Кристо» на русском языке уже более двадцати лет существовал роман, ставший мировым бестселлером благодаря теме женской эмансипации и идущей с ней рука об руку сексуальной революции, однако все-таки не зашедшей столь далеко, чтобы обрушить границы традиционной сексуальности. Я говорю о «Что делать?»..."
Михаил Горелик. ДЕТСКОЕ ЧТЕНИЕ: «ГРАФ МОНТЕ-КРИСТО»
http://www.nm1925.ru/Archive/Journal6_2017_05/Content/Publication6_6630/Default.aspx


http://novymirjournal.ru/