Андрей (Витальевич) Василевский (avvas) wrote,
Андрей (Витальевич) Василевский
avvas

"Лехаим"

Лазарь Флейшман: "Работа [Ивана] Толстого оживила интерес к истории публикации пастернаковского романа, и в этом его заслуга. Но меня у него не устраивает разухабистость и журналистичность изложения. Причем я вынужден был прочесть его книгу дважды, и с досадой понял, что это не просто журналистика, а журналистика устная. В ней нет такой старательной работы над словом, которая характерна для людей, привычных к письменной речи, думающих над каждой формулировкой. В радио-беседе можно позволить себе большую раскованность, там выше ценится броскость. К своей теме Толстой отнесся как к легковесной приключенческой истории, которая должна во что бы то ни стало поразить читателя.

Причем он подает как сенсацию некоторые вещи, которые для любого человека, выезжавшего на Запад в 1960–1970-х годах, совершенно очевидны. Например, понятно, что все те книги, которые путешественникам из-за «железного занавеса» давали бесплатно, издавались на деньги правительства.

(...) Интересно ведь не то, что ЦРУ оказалось замешано в издании «Живаго», а кто в ЦРУ симпатизировал Пастернаку и кто мешал. Ведь кто решал вопрос об издании? Люди, которые ни бельмеса по-русски не понимали. И они должны были сделать очень ответственный для американца вывод — давать деньги или нет. Понятно, что они опирались на мнение людей, которые могли прочесть роман, то есть эмигрантов, которые не обязательно были внутренне близки Пастернаку, не обязательно понимали и любили его поэзию, но поняли значение запрещенной в Советском Союзе книги и значение публикации этого романа. Это не имеет никакого отношения к Нобелевской премии.

Что до книги Быкова, она оказалась намного лучше, чем я ожидал. Надо сказать, что я вообще очень ценю Быкова как поэта, правда, не знаю его как прозаика, потому что у меня нет времени для чтения, я должен себя ограничивать и отграничивать от текущей литературы. Но даже его политические стихи «на случай» — это великолепные поэтические произведения. В политическом отношении у меня бывает много с ним несогласий или скепсиса. Но с его поэтическими выступлениями невозможно не соглашаться, потому что сам по себе механизм поэзии, который там представлен в очень сильной степени, несмотря на то, что, казалось бы, это минутки, заставляет его высказывать истины в такой сложной форме, которая существует только в поэзии.

Его «Пастернака» я считаю книгой очень полезной и очень нужной, насыщенной материалом, в том числе не документированным, а полученным путем личного контакта — то, что я себе всегда воспрещал. Слабость этой книги для меня в том, что там очень большое место отведено личным оценкам пастернаковского романа Быковым-критиком. Он явно не может остановиться, все это выливается у него так же легко и свободно, как его стихи. Это совершенно фантастическая одаренность, но в настоящей строгой науке никто себе такого позволить не может. Хотя к его «Пастернаку», конечно, нельзя подходить как к строго научной книге, а для своего жанра она хороша".

http://www.lechaim.ru/ARHIV/240/interview2.htm
Tags: Борис Пастернак, Дмитрий Быков, Лазарь Флейшман, интервью, книги, писатели
Subscribe

  • журналы

    "НОВЫЙ МИР" пять, десять, пятнадцать и двадцать лет назад: 2016, № 8 ИРИНА СУРАТ. Откуда «ворованный воздух»?…

  • журналы

    ИЗ ЛЕТОПИСИ «НОВОГО МИРА» Август 25 лет назад – в № 8 за 1996 год напечатана повесть Виктора Астафьева «Обертон». 45 лет назад – в № 8 за…

  • журналы

    Июньский номер "Нового мира" полностью открыт для чтения на сайте: http://www.nm1925.ru/Controls/Archive/Journal6_2021_6/Content.aspx Июльский…

Comments for this post were disabled by the author