Андрей (Витальевич) Василевский (avvas) wrote,
Андрей (Витальевич) Василевский
avvas

Category:

Михаил Богатов

Оригинал взят у mikbogatov в Речь на (не)вручение премии "Дебют-2012"
Как известно, в короткий список я не вошёл. А потому решил - по этому поводу - написать речь на (не)вручение премии. И закрыть эту тему.
Совсем.


Уважаемые члены жюри, гости сегодняшнего мероприятия и все, кому небезразлична современная литература!
Вообще-то я, оказавшись на этой сцене, имею с ней длительные заочные отношения. Впервые на премию “Дебют” я подал свой роман “[Ко]Миссия” в 2002-ом году, но был – как до сих пор и полагаю – побеждён замечательным автором Анатолием Рясовым с его романом “Три ада”. Анатолий с тех пор стал одним из наиболее внимательных моих собеседников и я полагаю, что могу даже назвать наши редкие, но содержательные беседы дружескими.
Затем, в 2005-ом году я испортил свою повесть “Охотник” тем, что, когда я её дописывал, уже заканчивался приём работ на премию – и мне пришлось завершить её раньше положенного, фактически – оборвать. Об этом я нисколько не жалею, хотя писать на тему Христа больше у меня не получится, да и дерзости не хватит.
И вот, теперь, когда я стою на этой сцене, представляя роман с весьма непопулярным названием “Отче наш”… Впрочем, о названии. Попробуйте набрать его в любом из поисковиков, и, могу уверить Вас, что даже у самого пытливого кончится терпение, пока он будет перелистывать бесконечное количество страниц с многообразными сведениями об этой основной христианской молитве. Впрочем, я очень рад, что жюри в этом году решило не обращать внимания на яркость названия – и глядеть на содержание романа.
Итак, “Отче наш”, наконец-то, получил премию. “Наконец-то” – всего лишь риторическая фигура, потому что я никогда не отправлял своих произведений ни в одну премию, кроме “Дебюта”, и я рад, что я не ошибся в ней. Хотя, как казалось, дело было безнадёжным, а моё положение до нелепого смешным: в 32 года у меня нет ни одной прозаической книжки, в то время как я написал три крупных романа, две больших повести и превеликое множество рассказов (о стихах я не говорю, с ними – отдельная история). Если бы не продление возраста участников до 35-ти лет, если бы не моё плохое состояние в конце весны этого года, если бы ещё много чего не случилось, то и этого бы события – наверное, самого важного для меня теперь – тоже бы не случилось. Неожиданно для себя я слишком сильно волновался. Удивительно – вроде бы взрослый человек, а ведь нет – как только увидел себя в длинном списке, так сразу же обрадовался, а затем – вплоть до сегодняшнего момента – можно сказать, трепетал как ребёнок: а вдруг роман не пройдёт? Но вот, это случилось, и мне кажется, что всё вокруг стало вдруг иным, лучше, светлее.
“Отче наш” – сложнейший и непопулярнейший текст из всех, с которым мне самому приходилось иметь дело. Начиная с предложений по восемь листов убористого шрифта и заканчивая странной конструкцией предложений (о названии я уже упомянул) – всё это говорит в пользу тезиса о непопулярности и сложности. К примеру, за весь роман вопросительный знак употребляется лишь один раз, а тире – ни разу; прямая речь вообще никак не выделяется, хотя говорят и даже болтают попусту там достаточно много (и это всё – при огромном размере предложений). Я очень рад, что жюри в этом году рискнуло – и выбрало этот, мой, роман. Потому что после него я уже не напишу ничего подобного. Более того, я уверен – долгое время никто не напишет ничего подобного в принципе. Это не пустое бахвальство, а обоюдоострый тезис: в самом деле, кому было бы надо так выкладываться для букв на бумаге? Собрать воедино сюжет этого романа (а самым нетерпеливым я могу сказать – он там присутствует, и ещё как присутствует, однако для своего вычленения он нуждается буквально в напряжённом сотворчестве со стороны читателя), равно как и удержать в уме хотя бы одну главу – это уже тяжелейший труд, и я рад, что жюри не поленилось – и справилось с этой задачей, поставив в наше время всеобщего облегчения задач и так называемой “толерантности” – на повышение читательских усилий. Честно говоря, у меня было сомнение такого рода: ведь дать премию “Отче наш” – это значит несколько сместить планку политики премии, указать в очень уж непривычную сторону – кто ж на это пойдёт? И, как теперь стало очевидно, трудности, бесконечные трудности не отпугнули никого – ни меня, чтобы завершить текст (а знаете как хотелось это иногда сделать и как он буквально опускал руки писавшего его?), ни ридеров премии (что это за тягомотина такая, некогда, давайте следующий текст), ни жюри, ни – в будущем – читателей и критиков.
Впрочем, мне надо теперь смолкнуть, потому что премию дали не Михаилу Богатову, а Михаилу Богатову, написавшему роман “Отче наш”. Премию, в конечном счёте, дали роману.
И потому, пока он ещё не напечатан, я хотел бы дать слово его героям и сказать спасибо от имени покойного отца Георгия, умирающего в первой главе, но продолжающего жить на всём продолжении текста – то в детских главах, то в виде призрака, а то и просто ретроспективно – отец Георгий благодарит членов жюри и организаторов премии за проявленный интерес к, по сути, только его истории.
Спасибо Вам от имени молодого отца Дмитрия, который, вероятно, сходит с ума в конце романа, но присутствие рядом с которым маленькой – и тоже умалишённой – тринадцатилетней девочки одаряет надеждой каждого. Отец Дмитрий не справился с задачей – не распутал дело отца Георгия, но он весьма близок к этому – и как только он покинет эту сцену, и выйдет к тысячам читателей через страницы напечатанного романа – он обязательно с этим справится. Как это будет и когда – я, честно сказать, не знаю. Ибо неисповедимы такие неторные пути.
Спасибо от лица Андрея и от лица Николая, которые – каждый на свой манер – нашли что-то важное для себя, один – ценой наказания, другой – ценой длительной и мучительной болезни, летальный исход которой не должен оттолкнуть читателя от поиска, поскольку иного выхода, кроме летального исхода всё равно ни у кого из нас – не то, что у книжных героев – нет и не будет. Другой вопрос – что именно мы с этим исходом сделаем, куда, так сказать, изойдём.
Большое спасибо от имени сестёр Марфы и Марии, без которых ничего бы не было – каждая из них очаровательна, каждая из них по-своему мудра, но лишь Марфе уготована воистину интересная участь пребывания за гранью ума – там, где можно увидеть незримое, услышать умолчное, осязать праздничное, то есть – внимательно быть.
И, наконец, спасибо от имени Василисы, третьей несуществующей сестры Марфы и Марии, пожалуй, лучше всех понимающей героев этой истории. Хотя, сказать “от имени Василисы” в строгом смысле слова невозможно – у неё множество имён, и, в то же время, она – безымянная. Кто она такая, зачем явилась и что хотела – решать каждому, и автор в принятии подобного решения не обладает никаким преимуществом.
До последнего я не знал, чем закончится этот текст – и, несмотря на то, что писался он три с половиной года, всё, что я думал о нём – лишь догадки, не более. Те самые догадки, которыми полнится ум любого взыскательного читателя, приступившего в неизвестной книге. Моя проблема заключалась, однако, в том, что, чтобы дочитать этот роман до конца и узнать – чем же он закончится? – мне необходимо было его написать.
О чём этот текст, зачем и почему – вопросы теперь излишние, поскольку всё, что я хотел сказать, я сказал им самим. Больше у меня за душой нет ничего, кроме благодарности, которую – в завершение – я и хотел бы высказать. В первую очередь, спасибо Наташе Красильниковой, моей настоящей музе, встреча с которой ознаменовала начало “Отче наш”, а расставание – его завершение. Спасибо всем, кто терпеливо выслушивал этот роман – будь то в Саратове или в Нижнем Новгороде, и один раз даже в Самаре. Спасибо моим маме и папе, жене Анне и дочери Алёне, а также всем близким людям.
Спасибо премии “Дебют”. И больше у меня нет слов – пусть говорит роман, раз уж ему дали слово. И чем больше мы дадим ему право говорить, тем больше он будет требовать молчания.
Теперь я стану первым, кто этому требованию подчинился.
Спасибо.

Tags: Михаил Богатов, писатели, премии, читая ленту
Subscribe

  • журналы

    Октябрьский номер "Нового мира открыт для чтения на сайте журнала: http://www.nm1925.ru/Controls/Archive/Journal6_2021_10/Content.aspx Ноябрьский…

  • журналы

    "НОВЫЙ МИР", 2021, № 10 - открыты для чтения следующие материалы: Владимир Березин - АРБАТСКИЙ КЛИНОК. «Кортик» Анатолия Рыбакова…

  • журналы

    ИЗ ЛЕТОПИСИ «НОВОГО МИРА» Декабрь 55 лет назад – в № 12 за 1966 год напечатаны рассказы Юрия Трифонова «Вера и Зойка» и «Был летний полдень».…

Comments for this post were disabled by the author